Неточные совпадения
Нужно заметить, что у некоторых дам, — я говорю у некоторых, это не то, что у всех, — есть
маленькая слабость: если они заметят у себя что-нибудь особенно хорошее, лоб ли, рот ли, руки ли, то уже думают, что лучшая часть лица их так первая и бросится всем в глаза и все вдруг заговорят в один голос: «Посмотрите, посмотрите, какой у ней прекрасный греческий
нос!» или: «Какой правильный, очаровательный лоб!» У которой же хороши плечи, та уверена заранее, что все молодые люди будут совершенно восхищены и то и дело станут повторять в то время, когда она будет проходить мимо: «Ах, какие чудесные у этой плечи», — а на лицо, волосы,
нос, лоб даже не взглянут, если же и взглянут, то как на что-то постороннее.
Чемодан внесли кучер Селифан, низенький человек в тулупчике, и лакей Петрушка,
малый лет тридцати, в просторном подержанном сюртуке, как видно с барского плеча,
малый немного суровый на взгляд, с очень крупными губами и
носом.
— Да-с! конечно-с! Это штука довольно мудреная!.. Впрочем, эти азиатские курки часто осекаются, если дурно смазаны или не довольно крепко прижмешь пальцем; признаюсь, не люблю я также винтовок черкесских; они как-то нашему брату неприличны: приклад
маленький — того и гляди,
нос обожжет… Зато уж шашки у них — просто мое почтение!
Правильный
нос в России реже
маленькой ножки.
Это была крошечная сухая старушонка, лет шестидесяти, с вострыми и злыми глазками, с
маленьким вострым
носом и простоволосая.
И словом, слава шла,
Что Крот великий зверь на
малые дела:
Беда лишь, под
носом глаза Кротовы зорки,
Да вдаль не видят ничего...
Несмотря на это, на меня часто находили минуты отчаяния: я воображал, что нет счастия на земле для человека с таким широким
носом, толстыми губами и
маленькими серыми глазами, как я; я просил бога сделать чудо — превратить меня в красавца, и все, что имел в настоящем, все, что мог иметь в будущем, я все отдал бы за красивое лицо.
Большой статный рост, странная,
маленькими шажками, походка, привычка подергивать плечом,
маленькие, всегда улыбающиеся глазки, большой орлиный
нос, неправильные губы, которые как-то неловко, но приятно складывались, недостаток в произношении — пришепетывание, и большая во всю голову лысина: вот наружность моего отца, с тех пор как я его запомню, — наружность, с которою он умел не только прослыть и быть человеком àbonnes fortunes, [удачливым (фр.).] но нравиться всем без исключения — людям всех сословий и состояний, в особенности же тем, которым хотел нравиться.
Его
маленькие желтые глазки так и бегали, с тонких губ не сходила сдержанная напряженная улыбка, а
нос, острый и длинный, нахально выдвигался вперед, как руль.
У Андрюши были большие светлые, влажные глаза,
маленький ротик, правильный
нос и прекрасный возвышенный лоб.
Попадался ли ему клочок бумаги, он тотчас выпрашивал у Агафьи-ключницы ножницы, тщательно выкраивал из бумажки правильный четвероугольник, проводил кругом каемочку и принимался за работу: нарисует глаз с огромным зрачком, или греческий
нос, или дом с трубой и дымом в виде винта, собаку «en face», похожую на скамью, деревцо с двумя голубками и подпишет: «рисовал Андрей Беловзоров, такого-то числа, такого-то года, село
Малые Брыки».
Этот, по словам Аркадия Павлыча, государственный человек был роста небольшого, плечист, сед и плотен, с красным
носом,
маленькими голубыми глазами и бородой в виде веера.
Пока мы шли из гостиной и садились, Федор Михеич, у которого от «награды» глазки засияли и
нос слегка покраснел, пел: «Гром победы раздавайся!» Ему поставили особый прибор в углу на
маленьком столике без салфетки.
Склад его лица напоминал Сократа: такой же высокий, шишковатый лоб, такие же
маленькие глазки, такой же курносый
нос.
Смотритель, человек уже старый, угрюмый, с волосами, нависшими над самым
носом, с
маленькими заспанными глазами, на все мои жалобы и просьбы отвечал отрывистым ворчаньем, в сердцах хлопал дверью, как будто сам проклинал свою должность, и, выходя на крыльцо, бранил ямщиков, которые медленно брели по грязи с пудовыми дугами на руках или сидели на лавке, позевывая и почесываясь, и не обращали особенного внимания на гневные восклицания своего начальника.
Отставной поручик Виктор Хлопаков,
маленький, смугленький и худенький человек лет тридцати, с черными волосиками, карими глазами и тупым вздернутым
носом, прилежно посещает выборы и ярмарки.
Я вошел в пустую
маленькую переднюю и сквозь растворенную дверь увидал самого Чертопханова. В засаленном бухарском халате, широких шароварах и красной ермолке сидел он на стуле, одной рукой стискивал он молодому пуделю морду, а в другой держал кусок хлеба над самым его
носом.
Маша тем временем сидела под лавкой и молчала; только
маленький мальчик кричал, потому что больно разбил себе
нос.
Носы у них топкие, скулы широкие, глаза
маленькие.
Самгин увидел, что пухлое, почти бесформенное лицо Бердникова вдруг крепко оформилось, стало как будто
меньше, угловато, да скулах выступили желваки, заострился
нос, подбородок приподнялся вверх, губы плотно сжались, исчезли, а в глазах явился какой-то медно-зеленый блеск. Правая рука его, опущенная через ручку кресла, густо налилась кровью.
Маленький пианист в чесунчовой разлетайке был похож на нетопыря и молчал, точно глухой, покачивая в такт словам женщин унылым
носом своим. Самгин благосклонно пожал его горячую руку, было так хорошо видеть, что этот человек с лицом, неискусно вырезанным из желтой кости, совершенно не достоин красивой женщины, сидевшей рядом с ним. Когда Спивак и мать обменялись десятком любезных фраз, Елизавета Львовна, вздохнув, сказала...
«Вот», — вдруг решил Самгин, следуя за ней. Она дошла до
маленького ресторана, пред ним горел газовый фонарь, по обе стороны двери — столики, за одним играли в карты
маленький, чем-то смешной солдатик и лысый человек с
носом хищной птицы, на третьем стуле сидела толстая женщина, сверкали очки на ее широком лице, сверкали вязальные спицы в руках и серебряные волосы на голове.
Мать редко смеется и мало говорит, у нее строгое лицо, задумчивые голубоватые глаза, густые темные брови, длинный, острый
нос и
маленькие, розовые уши.
Подсели на лестницу и остальные двое, один — седобородый, толстый, одетый солидно, с широким, желтым и незначительным лицом, с длинным, белым
носом; другой —
маленький, костлявый, в полушубке, с босыми чугунными ногами, в картузе, надвинутом на глаза так низко, что виден был только красный, тупой
нос, редкие усы, толстая дряблая губа и ржавая бороденка. Все четверо они осматривали Самгина так пристально, что ему стало неловко, захотелось уйти. Но усатый, сдув пепел с папиросы, строго спросил...
Самгин осторожно оглянулся. Сзади его стоял широкоплечий, высокий человек с большим, голым черепом и круглым лицом без бороды, без усов. Лицо масляно лоснилось и надуто, как у больного водянкой,
маленькие глаза светились где-то посредине его, слишком близко к ноздрям широкого
носа, а рот был большой и без губ, как будто прорезан ножом. Показывая белые, плотные зубы, он глухо трубил над головой Самгина...
Он вошел не сразу. Варвара успела лечь в постель, лежала она вверх лицом, щеки ее опали,
нос заострился; за несколько минут до этой она была согнутая, жалкая и
маленькая, а теперь неестественно вытянулась, плоская, и лицо у нее пугающе строго. Самгин сел на стул у кровати и, гладя ее руку от плеча к локтю, зашептал слова, которые казались ему чужими...
Когда в дверях буфета сочно прозвучал голос Марины, лохматая голова быстро вскинулась, показав смешное, плоское лицо, с широким
носом и необыкновенными глазами, — очень большие белки и
маленькие, небесно-голубые зрачки.
Рождаясь на пухлых губах, улыбки эти расширяли ноздри тупого
носа, вздували щеки и, прикрыв младенчески
маленькие глазки неуловимого цвета, блестели на лбу и на отшлифованной, розовой коже черепа.
Теперь, взглянув в коридор сквозь щель неплотно прикрытой двери, Клим увидал, что черный человек затискивает в комнату свою, как подушку в чемодан, пышную,
маленькую сестру квартирохозяйки, — затискивает и воркует в
нос...
Хороший
малый лежал вверх
носом у ног Дуняши, колотил себя руками в грудь и бормотал...
— Господа! — взывал
маленький, круглолицый человечек с редкими, но длинными усами кота, в пенсне, дрожавшем на горбатом
носу. — Господа, — еще более убедительно возгласил он трепетным тенорком. — Мы ищем причину болезни и находим ее в одном из симптомов — Распутин! Но ведь это смешно, господа, это смешно! Распутин —
маленький прыщ, ничтожное воспаление клетчатки.
Жена, кругленькая, розовая и беременная, была неистощимо ласкова со всеми.
Маленьким, но милым голосом она, вместе с сестрой своей, пела украинские песни. Сестра, молчаливая, с длинным
носом, жила прикрыв глаза, как будто боясь увидеть нечто пугающее, она молча, аккуратно разливала чай, угощала закусками, и лишь изредка Клим слышал густой голос ее...
Это был
маленький человечек, неопределенного возраста, лысоватый, жиденькие серые волосы зачесаны с висков на макушку, на тяжелом, красноватом
носу дымчатое пенсне, за стеклами его мутноватые, печальные глаза, личико густо расписано красными жилками, украшено острой французской бородкой и усами, воинственно закрученными в стрелку.
Поредевшие встрепанные волосы обнажали бугроватый череп; лысина, увеличив лоб, притиснув глазницы, сделала глаза
меньше, острее; белки приняли металлический блеск ртути, покрылись тонким рисунком красных жилок, зрачки потеряли форму, точно зазубрились, и стали еще более непослушны, а под глазами вспухли синеватые подушечки, и
нос опустился к толстым губам.
Забыв поблагодарить, Самгин поднял свои чемоданы, вступил в дождь и через час, взяв ванну, выпив кофе, сидел у окна
маленькой комнатки, восстановляя в памяти сцену своего знакомства с хозяйкой пансиона. Толстая, почти шарообразная, в темно-рыжем платье и сером переднике, в очках на
носу, стиснутом подушечками красных щек, она прежде всего спросила...
Женщина ярко накрасила губы, подрисовала глаза, ее
нос от этого кажется бескровным, серым и не по лицу уродливо
маленьким.
Холеное, голое лицо это, покрытое туго натянутой, лоснящейся, лайковой кожей, голубоватой на месте бороды, наполненное розовой кровью, с
маленьким пухлым ртом, с верхней губой, капризно вздернутой к
маленькому, мягкому
носу, ласковые, синеватые глазки и седые, курчавые волосы да и весь облик этого человека вызывал совершенно определенное впечатление — это старая женщина в костюме мужчины.
Самгина толкала, наваливаясь на его плечо, большая толстая женщина в рыжей кожаной куртке с красным крестом на груди, в рыжем берете на голове; держа на коленях обеими руками
маленький чемодан, перекатывая голову по спинке дивана, посвистывая
носом, она спала, ее грузное тело рыхло колебалось, прыжки вагона будили ее, и, просыпаясь, она жалобно вполголоса бормотала...
Голос у нее низкий, глуховатый, говорила она медленно, не то — равнодушно, не то — лениво. На ее статной фигуре — гладкое, модное платье пепельного цвета, обильные, темные волосы тоже модно начесаны на уши и некрасиво подчеркивают высоту лба. Да и все на лице ее подчеркнуто: брови слишком густы, темные глаза — велики и, должно быть, подрисованы, прямой острый
нос неприятно хрящеват, а
маленький рот накрашен чересчур ярко.
На коленях перед жертвенником стоял бонз: ударяя палочкой в
маленький, круглый барабан, он читал нараспев по книге, немного в
нос.
Якуты — народ с широкими скулами, с
маленькими глазами, таким же
носом; бороду выщипывает; смуглый и с черными волосами.
Между тем ночь сошла быстро и незаметно. Мы вошли в гостиную,
маленькую, бедно убранную, с портретами королевы Виктории и принца Альберта в парадном костюме ордена Подвязки. Тут же был и портрет хозяина: я узнал таким образом, который настоящий: это — небритый, в рубашке и переднике; говорил в
нос, топал, ходя, так, как будто хотел продавить пол. Едва мы уселись около круглого стола, как вбежал хозяин и объявил, что г-н Бен желает нас видеть.
Необходимо, дабы градоначальник имел наружность благовидную. Чтоб был не тучен и не скареден, рост имел не огромный, но и не слишком
малый, сохранял пропорциональность во всех частях тела и лицом обладал чистым, не обезображенным ни бородавками, ни (от чего боже сохрани!) злокачественными сыпями. Глаза у него должны быть серые, способные по обстоятельствам выражать и милосердие и суровость.
Нос надлежащий. Сверх того, он должен иметь мундир.
— Черный
нос, значит, из злых, из цепных, — важно и твердо заметил Коля, как будто все дело было именно в щенке и в его черном
носе. Но главное было в том, что он все еще изо всех сил старался побороть в себе чувство, чтобы не заплакать как «
маленький», и все еще не мог побороть. — Подрастет, придется посадить на цепь, уж я знаю.
Скулы были несколько широки, губы
маленькие, не очень толстые, но очень красные;
нос маленький и решительно вздернутый: «Совсем курносый, совсем курносый!» — бормотал про себя Коля, когда смотрелся в зеркало, и всегда отходил от зеркала с негодованием.
Новая штука состояла в том, чтобы неподвижно стоящей и протянувшей свой
нос собаке положить на самый
нос лакомый кусочек говядины. Несчастный пес, не шевелясь, должен был простоять с куском на
носу сколько велит хозяин, не двинуться, не шевельнуться, хоть полчаса. Но Перезвона выдержали только самую
маленькую минутку.
Алеша подал ему
маленькое складное кругленькое зеркальце, стоявшее на комоде. Старик погляделся в него: распух довольно сильно
нос, и на лбу над левою бровью был значительный багровый подтек.
Главное, эти пятнадцатилетние слишком уж задирали пред ним
нос и сперва даже не хотели считать его товарищем, как «
маленького», что было уже нестерпимо обидно.
Маленькая, острая, торчавшая кверху бородка, крепкий красивый
нос, белый высокий лоб, редкие вьющиеся волосы. Он узнавал знакомые черты и не верил своим глазам. Вчера он видел это лицо возбужденно-озлобленным, страдающим. Теперь оно было спокойно, неподвижно и страшно прекрасно.
У ней из
маленького, плутовского, несколько приподнятого кверху
носа часто светится капля. Пробовали ей давать носовые платки, но она из них все свивала подобие кукол, и даже углем помечала, где быть глазам, где
носу. Их отобрали у нее, и она оставалась с каплей, которая издали светилась, как искра.